Раздолина

Романсы и песни Златы Раздолиной.

Имя этой талантливой женщины упоминалось в наших встречах не раз в связи с разными темами и, в частности, в прошлый раз в связи с её романсами на стихи Игоря Северянина. Напомню, что её фамилия по рождению Розенфельд. Для творческой жизни фамилию она поменяла по той же причине, по которой это делали многие творческие еврейские личности в государственно-антисемитской советской стране. Перевод с идиш её родной фамилии – Розен-фельд – означает Долина Роз, переставив слова получим Роз Долина, откуда легким изменением и получим Раздолина. Звучало это в Советском Союзе уже вполне «прилично».

Родилась Злата в Санкт Петербурге, когда он ещё временно назывался Ленинградом. Музыкальные способности, тяга к сочинению музыки и исполнительству проявились с пятилетнего возраста. Высшее образование получила в Ленинградской консерватории по специальностям композиция и хоровое дирижирование.

В советское время Злата Абрамовна Раздолина создала много интересных и оригинальных вокальных произведений на стихи поэтов Серебряного века и поэтов-фронтовиков. Эти произведения вошли в репертуар многих известных эстрадных исполнителей. Вдобавок она сочинила много успешной музыки к телефильмам и театральным спектаклям. Злата Раздолина не только одаренный композитор, но и очень успешная исполнительница. В этой роли она и замечательная вокалистка и превосходный аккомпаниатор.

Вершиной успеха З.Раздолиной в бывшем СССР стала победа на двух всесоюзных конкурсах за сочинение и исполнение «Реквиема» на стихи Анны Ахматовой. Именно её «Реквием» был выбран Всесоюзной комиссией по празднованию 100-летия со дня рождения А.Ахматовой и исполнен с поистине огромным успехом в Колонном Зале Дома Союзов. «Реквием» исполнялся в концертных залах также в Ленинграде, Финляндии, Швеции, Норвегии, Чехии, Америке и Израиле.

Заметный успех Раздолиной вызвал волну антисемитских угроз в адрес её самой и её семьи, и она в 1990 году эмигрировала в Израиль. (Это была сложная эмиграция, по существу бегство через Финляндию, но не стану об этом).

В Израиле Злата создала много новых интересных вокальных произведений на стихи как ивритоязычных так и русскоязычных поэтов. Особое достижение её творчества в Израиле – «Реквием о Катастрофе – Песнь об убиенном еврейском народе» для хора, солистов и симфонического оркестра на стихи великого поэта катастрофы Ицхака Кацнельсона. В 1997 году «Реквием о Катастрофе» был записан Моравским Филармоническим оркестром под управлением канадского дирижера Виктора Фелдбрилла. Эта запись транслировали двадцать две радиостанции мира. В 2003 году перед 6-тысячной аудиторией в Кафедральном соборе «Реквием о Катастрофе» исполнял Нью-Йоркский симфонический оркестр с самой Раздолиной и Фрицем Вивером как солистами. В том же году состоялись исполнения «Реквиема о Катастрофе» в Москве и С.-Петербурге».

Переехав в Израиль, Раздолина начала активно гастролировать сначала внутри страны, а вскоре и во многиx странах с русскоязычным «беженским» народом: США, Канада, Австралия, Германия и т.д.

Цитата из прессы:
«Своим нежным и сильным голосом, обаянием, редкой артистичностью, блестящим музыкальным сопровождением, красотой музыки, искренностью и совершенно особым мелодизмом Злата собирает всё большее количество поклонников на свои концерты как на русском языке, так и на иврите и идиш».

Гастроли Златы Раздолиной продолжаются и в настоящее время. Её произведения Раздолиной изданы на семи компакт-дисках. Ею подготовлено 15 программ песен и романсов на стихи русских поэтов Серебряного века, современных русскоязычных поэтов, а также циклы песен и романсов на стихи известных ивритских поэтов.

Начнём прослушивание с произведений на стихи Николая Степановича Гумилёва. Н.С.Гумилев, родившийся в середине апреля 1886 года и расстрелянный в середине августа 1921 года, т.е проживший всего 35 с небольшим лет, был и остаётся очень заметной фигурой в истории русской литературы. Кроме того, что он был талантливым поэтом с ярко выраженной индивидуальностью, он был также литературным критиком, драматургом, новеллистом, переводчиком, литературным теоретиком, учителем молодых литераторов. В начале Первой мировой войны Н. Гумилев ушел на фронт добровольцем и получил за храбрость два Георгиевских креста.

24 августа 1921 года Постановленем Петроградской Губчека были приговорены к расстрелу 61 человек за участие в так называемом «Таганцевском заговоре», среди них был и Гумилёв. В действительности расстреляли их ещё за 4 дня до Постановления. Сам Гумилёв в заговоре не участвовал. Его прикончили за то, что он якобы о заговоре знал, но не донёс.

Алексей Толстой написал о Гумилеве:

“Я не знаю подробностей его убийства, но, зная Гумилева,- знаю, что стоя у стены он не подарил палачам даже взгляда смятения и страха. Мечтатель, романтик, патриот, суровый учитель, поэт. Хмурая тень его, негодуя отлетела от… страстно любимой им Родины… Свет твоей душе. Слава – твоему имени”.

Сделав своё черное дело, партийно-советская власть более чем на 60 лет вычеркнула имя Николая Гумилёва из русской литературы, запретив его сочинения, убрав из каталогов библиотек не только его произведения, но и работы, где имя Гумилева упоминалось в сколько-нибудь положительном смысле. Только с 1986 года стали появляться в периодической печати его стихи.

За свою короткую жизнь Николай Гумилёв издал 10 поэтических сборников, 15 драматических произведений, 17 произведений прозы, плюс переводы английских и французских поэтов (26 стихотворений и 3 поэмы), плюс критические статьи (63). Он создал «школы поэтического мастерства» (три «Цеха поэтов», «Студия живого слова» и др.) К его ученикам, в частности относятся: Георгий Иванов, Всеволод Рождественский и Николай Тихонов.

Хорошо известно, что Николай Гумилев в течение нескольких лет был мужем Анны Ахматовой. Исследователи и биографы утверждают, что, дав согласие на брак после пяти отказов, Анна Горенко сказала ему: “Не люблю, но считаю вас выдающимся человеком”.

Владислав Ходасевич писал о Гумилёве:

«В Гумилёве было много хорошего. Он обладал отличным литературным вкусом, несколько поверхностным, но в известном смысле непогрешимым. К стихам подходил формально, но в этой области был и зорок, и тонок. В механику стиха он проникал, как мало кто. Думаю, что он это делал глубже и зорче, нежели даже Брюсов. Поэзию он обожал, в суждениях старался быть беспристрастным. . . Он любил играть в ,,мэтра”, в литературное начальство своих «гумилят», то есть маленьких поэтов и поэтесс, его окружавших. Поэтическая детвора его очень любила»

С тех пор как творчество Николая Степановича Гумилёва вернулось к людям, его поэтические произведения (а был он прежде всего поэтом) привлекли внимание многих сочинителей музыки.

Итак, стихи Николая Гумилёва и музыка Златы Раздолиной.

Прощальный романс.
Я не буду тебя проклинать,
Я печален печалью разлуки,
Но хочу и теперь целовать
Я твои уводящие руки.

Все свершилось, о чем я мечтал
Еще мальчиком странно-влюбленным,
Я увидел блестящий кинжал
В этих милых руках обнаженным.

Ты подаришь мне смертную дрожь,
А не бледную дрожь сладострастья,
И меня навсегда уведешь
К островам совершенного счастья.

Поёт Эдуард Хиль (1934-2012).

Прощальный романс-Хиль
* * *

Однажды вечером
В узких вазах томленье умирающих лилий.
Запад был меднокрасный. Вечер был голубой.
О Леконте де Лиле мы с тобой говорили,
О холодном поэте мы грустили с тобой.

Мы не раз открывали шелковистые томы
И читали спокойно и шептали: не тот!
Но тогда нам сверкнули все слова, все истомы,
Как кочевницы звёзды, что восходят раз в год.

Так певучи и странны, в наших душах воскресли
Рифмы древнего солнца, мир нежданно-большой,
И сквозь сумрак вечерний – запрокинутый в кресле
Резкий профиль креола с лебединой душой.

Благородная, интеллектуальная, элитарная поэзия. Не для вечера самодеятельности в советском колхозном клубе. Там годятся Щипачев и Асадов.

Для тех, кто случайно забыл :-): Леконт де Лиль (1818-1894) — французский поэт. Почему креол? Леконт де Лиль родился в 1818 году на острове Реюньон, французской колонии в Индийском океане от матери, богатой креолки, и отца — скромного фельдшера наполеоновской армии. Девятнадцатилетним юношей он подобно большинству молодых креолов своего класса, был отправлен во Францию продолжать и завершать образование. Почему «С лебединой душой»? – поэтическая метафора, поэзию Леконт де Лиля иногда называли пессимистически-горделивой. Участник революции 1848 года, инициатор закона об отмене рабства в колониях. В 1886 году, по завещанию Виктора Гюго Леконт де Лиль был принят во Французскую Академию на место, освободившееся после его кончины. Николай Гумилёв хорошо знал поэзию Леконт де Лиля и находился некоторое время под её влиянием.
Цитата:
“Поэзия Леконт де Лиля принадлежит к числу лучших созданий французской литературы.”

Поёт Виталий Псарёв (1951), актер и певец, родом из Хабаровска. Заслуженный артист России. Сначала был ансамбль «Поющие гитары», потом Гос. оркестр под руководством Анатолия Бадхена, потом Петербургский Мюзик холл. Четыре года пел в ресторане в Гамбурге (кушать-то надо). В разное время работал как певец с Марком Фрадкиным, Максимом Дунаевским, Андреем Петровым, Вениамином Баснером, Александрой Пахмутовой, Златой Раздолиной и другими.

Цитата:
“Красивейшего тембра баритон, высочайшая исполнительская культура, тщательный подбор песенного материала позволили стать Виталию Псареву одним из лучших исполнителей как классики, так и новых произведений в песенном жанре”.

Однажды вечером-Псарёв

Виталий Псарёв спел и записал ещё три песни З.Раздолиной.
* * *

Отравленный
«Ты совсем, ты совсем снеговая,
Как ты странно и страшно бледна!
Почему ты дрожишь, подавая
Мне стакан золотого вина?»

Отвернулась печальной и гибкой…
Что я знаю, то знаю давно,
Но я выпью, и выпью с улыбкой
Все налитое ею вино.

А потом, когда свечи потушат
И кошмары придут на постель,
Те кошмары, что медленно душат,
Я смертельный почувствую хмель…

И приду к ней, скажу: «Дорогая,
Видел я удивительный сон.
Ах, мне снилась равнина без края
И совсем золотой небосклон.

Знай, я больше не буду жестоким,
Будь счастливой, с кем хочешь, хоть с ним,
Я уеду далеким, далеким,
Я не буду печальным и злым.

Мне из рая, прохладного рая,
Видны белые отсветы дня…
И мне сладко — не плачь, дорогая,—
Знать, что ты отравила меня».

Стихотворение не имеет посвящения. Анна Андреевна много раз говорила, что стихотворение посвящено ей.

Поёт Андрей Анкудинов (1961), родом из Омска, выпускник ГИТИСа, актёр театра и кино, кинорежиссёр, сценарист, продюсер.. Кроме того, автор и исполнитель песен, романсов, баллад и пародий. Вдобавок к перечисленной деятельности Андрей Анкудинов работал ведущим на телевидении. Снимался в 42х фильмах.

Отравленный-Анкудинов
* * *

Это было не раз, это будет не раз
В нашей битве глухой и упорной:
Как всегда, от меня ты теперь отреклась,
Завтра, знаю, вернёшься покорной.

Но зато не дивись, мой враждующий друг,
Враг мой, схваченный тёмной любовью,
Если стоны любви будут стонами мук,
Поцелуи — окрашены кровью.

Суровая любовная лирика, сложные отношения. Явные отголоски личных мотивов. От Анны Андреевны не поступало заявлений, что это стихотворение посвящено ей. И мы не будем домысливать. 🙂

Одна из творческих находок З.Раздолиной при создании романсов и песен – частичное или полное повторение текста (как в этом романсе). Получается это очень естественно и эффективно. При этом улучшаются акценты и увеличивается эмоциональное воздействие вокального произведения.

Поют Эдуард Хиль и Злата Раздолина. За роялем Злата Раздолина. В аккомпанементе также виолончель – Борислав Струлев.

Это было не раз-Хиль, Раздолина

Музыка замечательно передаёт драматичность ситуации. На Ютубе есть хорошего качества видеозапись этого выступления:  

Видеозапись
* * *

После Николая Степановича Гумилёва естественно перейдем к Анне Андреевне Ахматовой (1889-1966). У Златы Раздолиной есть несколько вокальных произведений с поэзией Ахматовой, в том числе упоминавшийся выше знаменитый «Реквием».

Короткое предисловие к первому романсу на слова Анны Ахматовой:
В центре Москвы есть 3-й Зачатьевский переулок, где в одном из особняков с 1904 по 1907 год Федор Иванович Шаляпин с семьёй, а в 1918 году в одной из квартир этого дома останавливалась Анна Ахматова. Этот переулок как-то запал в душу Анны Андреевны и навеял стихотворение «3-й Зачатьевский», написанное в 1940 году.  Свой романс по этому стихотворению Раздолина назвала “Невской воды глоток”

3-й Зачатьевский
Переулочек, переул…
Горло петелькой затянул.

Тянет свежесть с Москва-реки,
В окнах теплятся огоньки.

Покосился гнилой фонарь –
С колокольни идет звонарь…

Как по левой руке – пустырь,
А по правой руке – монастырь,

А напротив – высокий клен
Красным заревом обагрен,

А напротив – высокий клен
Ночью слушает долгий стон.

Мне бы тот найти образок,
Оттого что мой близок срок,

Мне бы снова мой черный платок,
Мне бы невской воды глоток.

Раздолина свой романс назвала «Невской воды глоток». Он же дал название и одному из дисков Раздолиной с романсами и песнями о Петербурге на стихи Ахматовой, Мандельштама, Берггольц, Дудина, Шефнера и других.

Поёт и аккомпанирует Злата Раздолина.

Невской воды глоток-Раздолина
* * *

Всё мне видится Павловск холмистый,
Круглый луг, неживая вода,
Самый томный и самый тенистый,
Ведь его не забыть никогда.

Как в ворота чугунные въедешь,
Тронет тело блаженная дрожь,
Не живешь, а ликуешь и бредишь
Иль совсем по-иному живешь.

Поздней осенью свежий и колкий
Бродит ветер, безлюдию рад.
В белом инее черные елки
На подтаявшем снеге стоят.

И, исполненный жгучего бреда,
Милый голос как песня звучит,
И на медном плече Кифареда
Красногрудая птичка сидит.

Кифаред — древнегреческий музыкант, играющий на кифаре, музыкальном инструменте, похожем на лиру. В Павловске античный памятник Кифареду.

Стихотворение А.Ахматовой. Всё остальное З.Раздолиной. Милая поэзия, милая музыка, милое исполнение.

Всё мне видится Павловск-Раздолина
* * *

Заболеть бы как следует, в жгучем бреду
Повстречаться со всеми опять,
В полном ветра и солнца приморском саду
По широким аллеям гулять.

Даже мертвые нынче согласны прийти,
И изгнанники в доме моем.
Ты ребенка за ручку ко мне приведи,
Так давно я скучаю о нем.

Буду с милыми есть голубой виноград,
Буду пить ледяное вино
И глядеть, как струится седой водопад
На кремнистое влажное дно.

Это одно из самых известных стихотворений большой поэтессы. Лирическая героиня стихотворения (не обязательно полностью отождествлять её с автором) мечтает повидаться со многими из любимых людей – затравленных, изгнанных, ушедших и уничтоженных – повидаться хотя бы в жгучем бреду и для этого даже заболеть.

Заболеть бы как следует-Раздолина

Музыка, на мой взгляд, архи-талантливая по выразительности и оригинальности. Необычный и очень красивый мелодический строй. Здесь опять всё содержание стихотворения вокально исполняется дважды.

Я задумал предложить вам послушать ещё одно исполнение этого замечательного произведения. Поёт очень популярная среди интеллектуальной части российского населения современная эстрадная певица, с хорошим художественным вкусом и высокопрофессиональным исполнительским мастерством, зрелый мастер Нина Аркадьевна Шацкая. Она расставляет акценты немного иначе. Она на наших встречах уже бывала, и я ещё о ней пару слов скажу чуть позже.

Заболеть бы как следует-Шацкая

[В современной России есть вокальное телевизионное шоу-конкурс «Голос» в формате западных телешоу “Voice”. В выпуске 22 октября 2016 года эта песня или романс, называйте как хотите, исполнялась двумя певицами – Катей Гордон и Лерой Гехнер. Катя пела весть техт первой а Лера повторила со своими интонациями. Это придало произведению дополнительный интересный оттенок. Запись есть на Ютубе. Есть там также записи Дарьи Клименковой из Львова (очень красивый голос) и Олеси Гаман (тоже очень неплохо), не знаю откуда она. Дело в том, что за такое насыщенное поэзией, психологией и оригинальной музыкой возьмется далеко не всякая исполнительница.]
* * *

У Анны Андреевны есть три коротких стихотворения любовной лирики (по 8 строк в каждом), написанных в разные годы, которые поэтесса объединила в цикл с названием «Разрыв» . Первым идёт стихотворение 1940 года, вторым 23 сентября 1944 года и третьим 27 июня 1934 года. Стихотворения написаны в разных ритмах и, создавая романс, Злата Раздолина очень успешно отразила это в музыке. По существу в романсе три разных мелодии, тесно связанных единым замыслом – замыслом разрыва.

Разрыв.
Не недели, не месяцы — годы
Расставались. И вот наконец
Холодок настоящей свободы
И седой над висками венец.

Больше нет ни измен, ни предательств,
И до света не слушаешь ты,
Как струится поток доказательств
Несравненной моей правоты.
1940

И, как всегда бывает в дни разрыва,
К нам постучался призрак первых дней,
И ворвалась серебряная ива
Седым великолепием ветвей.

Нам, исступленным, горьким и надменным,
Не смеющим глаза поднять с земли,
Запела птица голосом блаженным
О том, как мы друг друга берегли.
23 сентября 1944

Я пью за разоренный дом,
За злую жизнь мою,
За одиночество вдвоем,
И за тебя я пью, —
За ложь меня предавших губ,
За мертвый холод глаз,
За то, что мир жесток и груб,
За то, что Бог не спас.
27 июня 1934

Поёт уже упомянутая раньше Нина Аркадьевна Шацкая (1966), Заслуженная артистка России, родом из Рыбинска, выпускница академии им. Гнесиных.

Цитата:
«Пресса и поклонники все чаще называют певицу – Дивой русского романса. Как личность самобытная, неординарная и в хорошем смысле дерзкая, Нина не боится экспериментов, полагаясь на свой безупречный вкус и природную музыкальность!»

Нина Шацкая совместно с актрисой Ольгой Кабо создала спектакль об Анне Ахматовой – “Память о солнце”, премьера которого состоялась в 2011 году.

Ещё короткая цитата:
«Помимо концертов, Нина принимает участие в мероприятиях и музыкальных вечерах, организованных для королевских особ и послов иностранных государств. … В августе 2008 года представляла Россию в культурной программе Олимпийских игр в Пекине, а в феврале 2010 в Ванкувере.»

В октябре 2016 года в дипломатическом зале Кремлевского дворца съездов состоялась презентация нового диска певицы “Песни любви и печали”, посвященного двум великим композиторам в жанре романса Борису Фомину и Борису Прозоровскому.

В концертном репертуаре Нины Шацкой несколько романсов Раздолиной.

Разрыв-Шацкая
* * *

Колдунья
Нет, царевич, я не та,
Кем меня ты видеть хочешь,
И давно мои уста
Не целуют, а пророчат.

Не подумай, что в бреду
И замучена тоскою
Громко кличу я беду:
Ремесло мое такое.

Я умею научить,
Чтоб нежданное случилось,
Как навеки приручить
Ту, что мельком полюбилась.

Славы хочешь? – у меня
Попроси тогда совета,
Только это – западня,
Где ни радости, ни света.

А теперь иди домой
И забудь про нашу встречу,
А за грех твой, милый мой,
Я пред Господом отвечу.

Поёт ещё раз Нина Шацкая.

Колдунья-Шацкая

Здесь тоже первые четыре строфы романса повторяются дважды. Замечу, что сама Раздолина тоже превосходно исполняет этот романс.
* * *

После Гумилёва и Ахматовой переходим к Марине Цветаевой (1892-1941). У Раздолиной есть отдельно выпущенный компакт-диск, посвященный целиком романсам на стихи Цветаевой. Диск называется «Сад» по одному из стихотворений. С него и начнём.

Сад
За этот ад,
За этот бред,
Пошли мне сад
На старость лет.

На старость лет,
На старость бед:
Рабочих – лет,
Горбатых – лет.

На старость лет
Собачьих – клад:
Горячих лет –
Прохладный сад.

Для беглеца
Мне сад пошли:
Без ни-лица,
Без ни-души!

Сад: ни шажка!
Сад: ни глазка!
Сад: ни смешка!
Сад: ни свистка!

Без ни-ушка
Мне сад пошли:
Без ни-душка!
Без ни-души!

Скажи: довольно муки – на
Сад – одинокий, как сама.
(Но около и Сам не стань! )
– Сад, одинокий, как ты Сам.

Такой мне сад на старость лет.
– Тот сад? А может быть – тот свет?
На старость лет моих пошли –
На отпущение души.

А теперь с музыкой Раздолиной, в её же вокальным исполнении, и с её же аккомпанементом:

Сад-Раздолина
* * *

Прохожий, остановись
Идешь, на меня похожий,
Глаза устремляя вниз.
Я их опускала — тоже!
Прохожий, остановись!

Прочти — слепоты куриной
И маков набрав букет, —
Что звали меня Мариной
И сколько мне было лет.

Не думай, что здесь — могила,
Что я появлюсь, грозя…
Я слишком сама любила
Смеяться, когда нельзя!

И кровь приливала к коже,
И кудри мои вились…
Я тоже была, прохожий!
Прохожий, остановись!

Сорви себе стебель дикий
И ягоду ему вслед, —
Кладбищенской земляники
Крупнее и слаще нет.

Но только не стой угрюмо,
Главу опустив на грудь.
Легко обо мне подумай,
Легко обо мне забудь.

Как луч тебя освещает!
Ты весь в золотой пыли…
— И пусть тебя не смущает
Мой голос из-под земли.

Марина здесь гипотетически разговаривает с неким будущим прохожим, идущим мимо её могилы. Но её горькие судьба и жизнь сложились так, что даже место её захоронения неизвестно.

Цитата:
“Именно так, с непринужденностью и изяществом, Марина Цветаева относилась к смерти. Видимо, поэтому она смогла принять решение самостоятельно уйти из жизни после того, как посчитала, что ее творчество никому не нужно. И самоубийство поэтессы в Елабуге, являющееся актом доброй воли, можно расценивать, как освобождение от непосильной ноши, которой является жизнь, и обретение вечного покоя в потустороннем мире, где нет жестокости, предательства и безразличия.”

Вокальное произведение З.Раздолиной:

Прохожий, остановись-Раздолина
* * *

Довольно длинная цитата:
Весной 1916 года Марина Цветаева начинает работу над циклом произведений под названием «Бессонница», в который входит стихотворение «В огромном городе моем – ночь…». Оно является отражением душевного состояния поэтессы, у которой складываются весьма непростые отношения с супругом. Все дело в том, что несколькими годами раньше Цветаева знакомится с Софьей Парнок и влюбляется в эту женщину настолько, что принимает решение уйти из семьи. Но роман заканчивается, и поэтесса возвращается к Сергею Эфрону. Тем не менее, ее семейная жизнь уже дала трещину, и Цветаева это прекрасно понимает. Ей хочется вернуть прошлое, в котором она была счастлива, но это уже невозможно. Бессонница становится постоянной спутницей поэтессы, и теплыми летними ночами она гуляет по городу, размышляя о собственной жизни и не находя ответы на многие вопросы.

Именно в одну из таких ночей и появляется на свет стихотворение «В огромном городе моем – ночь…», рубленые фразы которого напоминают звуки шагов по пустынным улицам. «Из дома сонного иду – прочь», — пишет Цветаева, заранее не планируя свой маршрут путешествия. Собственно говоря, ей все равно, где гулять. Главное, остаться наедине со своими мыслями и чувствами, чтобы попытаться привести их в порядок. Случайные прохожие видят в ней чью-то жену и дочь, однако сама поэтесса не воспринимает себя в подобном амплуа. Для нее ближе образ бесплотной тени, которая блуждает по ночному городу и исчезает с первым лучом восходящего солнца. «И тень вот эта, а меня – нет», — отмечает Цветаева. Жизненный тупик, в котором оказалась поэтесса, вынуждает ее мысленно поставить крест и на прошлом, и на будущем. Но поэтесса понимает, что это вряд ли сможет решить ее проблемы. Обращаясь к друзьям, она просит их: «Освободите от дневных уз». Эта фраза лишний раз подчеркивает, что мир со всеми его соблазнами как бы не существует для Цветаевой, и сама она не живет, а лишь снится тем, кто находится рядом. Поэтесса еще не знает о том, что судьба готовит ей непростые испытания, на фоне которых неразделенные чувства и семейные проблемы покажутся сущими пустяками. Пройдет не больше года, и Цветаева осознает, что семья – это единственная опора в жизни, то, ради чего стоит рисковать, совершать безумные поступки и даже предавать родину, которая из матери в одночасье превратилась в мачеху, злобную и агрессивную, чужую и лишенную всяких сантиментов.”

Ночь
В огромном городе моём – ночь.
Из дома сонного иду – прочь
И люди думают: жена, дочь,-
А я запомнила одно: ночь.

Июльский ветер мне метет – путь,
И где-то музыка в окне – чуть.
Ах, нынче ветру до зари – дуть
Сквозь стенки тонкие груди – в грудь.

Есть черный тополь, и в окне – свет,
И звон на башне, и в руке – цвет,
И шаг вот этот – никому – вслед,
И тень вот эта, а меня – нет.

Огни – как нити золотых бус,
Ночного листика во рту – вкус.
Освободите от дневных уз,
Друзья, поймите, что я вам – снюсь.

А теперь вокальное произведение и исполнение З.Раздолиной.

Ночь-Раздолина
* * *

Окно
Вот опять окно,
Где опять не спят.
Может – пьют вино,
Может – так сидят.
Или просто – рук
Не разнимут двое.
В каждом доме, друг,
Есть окно такое.

Не от свеч, от ламп темнота зажглась:
От бессонных глаз!

Крик разлук и встреч –
Ты, окно в ночи!
Может – сотни свеч,
Может – три свечи…
Нет и нет уму
Моему покоя.
И в моем дому
Завелось такое.

Помолись, дружок, за бессонный дом,
За окно с огнем!

А теперь З.Раздолина:

Окно-Раздолина
* * *

И ещё один короткий романс на слова Цветаевой.

Любовь
— Ты расскажи нам про весну! —
Старухе внуки говорят.
Но, головою покачав,
Старуха отвечала так:
– Грешна весна.
– Страшна весна.

— Так расскажи нам про Любовь!
Ей внук поет, что краше всех.
Но, очи устремив в огонь,
Старуха отвечала: — Ох!
– Грешна Любовь.
– Страшна Любовь!

Любовь-Раздолина
* * *

После трёх знаменитых представителей поэзии Серебряного века – Гумилёва, Ахматовой и Цветаевой – вот ещё один, не менее знаменитый, поэтическое поклонение которому в своё время превосходило всех остальных. И совсем не случайно. Это Константин Бальмонт (1867-1942).

Я мечтою ловил уходящие тени,
Уходящие тени погасавшего дня,
Я на башню всходил, и дрожали ступени,
И дрожали ступени под ногой у меня.

И чем выше я шел, тем ясней рисовалисль,
Тем ясней рисовались очертанья вдали,
И какие-то звуки вдали раздавались,
Вкруг меня раздавались от Небес и Земли.

Чем я выше всходил, тем светлее сверкали,
Тем светлее сверкали выси дремлющих гор,
И сияньем прощальным как будто ласкали,
Словно нежно ласкали отуманенный взор.

И внизу подо мною уж ночь наступила,
Уже ночь наступила для уснувшей Земли,
Для меня же блистало дневное светило,
Огневое светило догорало вдали.

Я узнал, как ловить уходящие тени,
Уходящие тени потускневшего дня,
И все выше я шел, и дрожали ступени,
И дрожали ступени под ногой у меня.

А теперь вокальное произведение З.Раздолиной. Опять в её же исполнении и с её же аккомпанементом:

Я мечтою ловил уходящие тени-Раздолина
* * *

Русалка
Если можешь, пойми. Если хочешь, возьми.
Ты один мне понравился между людьми.
До тебя я была холодна и бледна.
Я с глубокого, тихого, темного дна.

Нет, помедли. Сейчас загорится для нас
Молодая Луна. Вот, ты видишь? Зажглась!
Дышит мрак голубой. Ну, целуй же! Ты мой!
Здесь. И здесь. Так. И здесь… Ах, как сладко с тобой!

Вот это и есть волшебная сила поэзии. Это тоже Константин Бальмонт.

Романс З.Раздолиной:

Русалка-Раздолина
* * *

На очереди у нас два превосходнейших вокальных произведения Раздолиной на стихи Осипа Мандельштама (1891-1938).

Первое называется «В Петрополе». В этом романсе Злата Раздолина скомпоновала три общих подуху стихотворения Мандельштама о Петербурге. Поэты иногда на греческий манер называли его Петрополем. Раздолина довольно часто не просто писала музыку к стихотворению, а создавала новое произведение – романс из двух и даже трёх стихотворений или отрывков стихотворений, т.е. в таких случаях была не только композитором, но и соавтором текста романса.

В Петрополе.
Мне холодно. Прозрачная весна
В зеленый пух Петрополь одевает,
Но, как медуза, невская волна
Мне отвращенье легкое внушает.

В Петрополе прозрачном мы умрем,
В Петрополе прозрачном мы умрем,
Где властвует над миром Прозерпина.
Мы в каждом вздохе смертный воздух пьем,
Мы в каждом вздохе смертный воздух пьем,
И каждый миг нам смертная година.

Помоги, Господь, эту ночь прожить,
Я за жизнь боюсь, за твою рабу…
Помоги, Господь, эту ночь прожить,
В Петербурге жить — словно спать в гробу.

По набережной северной реки
Летят стрекозы и жуки стальные,
Летят стрекозы и жуки стальные,
По набережной северной реки.

В Петрополе прозрачном мы умрем,
В Петрополе прозрачном мы умрем,
Где властвует над миром Прозерпина.
Мы в каждом вздохе смертный воздух пьем,
Мы в каждом вздохе смертный воздух пьем,
И каждый миг нам смертная година.

Прозерпина – мифологическая царица подземного мира

В Петрополе-Раздолина
* * *

Следующий романс создан Раздолиной на широко известное, по сущности трагическое, стихотворение Мандельштама «Петербург», написанное в 1930 году.

Петербург.
Я вернулся в мой город, знакомый до слез,
До прожилок, до детских припухлых желез.
Ты вернулся сюда, так глотай же скорей
Рыбий жир ленинградских речных фонарей,
Узнавай же скорее декабрьский денек,
Где к зловещему дегтю подмешан желток.

Петербург! Я еще не хочу умирать!
У тебя телефонов моих номера.
Петербург! У меня еще есть адреса,
По которым найду мертвецов голоса.

Я на лестнице черной живу, и в висок
Ударяет мне вырванный с мясом звонок,
И всю ночь напролет жду гостей дорогих,
Шевеля кандалами цепочек дверных.

Длинноватая (слегка подредактированная) цитата:
«Хотя Осип Мандельштам родился в Варшаве, своим любимым городом всегда считал Петербург, где провел детские и юношеские годы. Ему довелось учиться за границей, бывать в Москве, и исколесить всю Россию после гражданской войны, проведя несколько лет в скитаниях. Однако Мандельштам всегда мечтал вернуться в Петербург.

В конце 20-х годов мечта Мандельштама осуществилась, однако ему понадобилось некоторое время, чтобы придти в себя от увиденного. Город преобразился, на набережной Мойки уже невозможно было встретить романтических барышень в кисейных платьях и кавалеров в элегантных костюмах – их место заняли угрюмые мужики в лаптях и растоптанных сапогах, а также крестьянские бабы в платках. Но этот по-прежнему был город юношеских грез поэта.

Удручающее впечатление на Мандельштама произвели старинные питерские особняки, превращенные в коммуналки, где в каждой квартире могло проживать до 50-60 человек. Всего за 13 лет город, созданный Петром I, изменился до неузнаваемости, однако для Мандельштама он по-прежнему «знакомый до слез», и «рыбий жир ленинградских речных фонарей» дарит поэту давно забытое чувство умиротворения. Тем не менее, автор ощущает себя в родном городе чужестранцем, который словно бы совершил путешествие во времени, зловещее и необратимое. Обращаясь к любимому городу, поэт заявляет: «Петербург, я еще не хочу умирать». Он словно бы предвидит свою судьбу и предчувствует, что стрелка часов, именуемых жизнью, лично для него уже начала свой обратный отсчет. Цепляясь за прошлое и, вместе с тем, не видя себя в будущем, Мандельштам отмечает, что где-то в недрах города еще сохранились телефонные номера, принадлежащие поэту, а также старые адреса, по которым он может найти «мертвецов голоса». Последнее образное выражение, не является преувеличением, так как большинство друзей юности автора давно уже нашли свой последний приют в болотистой питерской земле. А их квартиры, знавшие звонкий смех и жаркие споры литераторов, теперь служат пристанищем для вчерашних крестьян, которые даже понятия не имеют о том, чьи именно занимают апартаменты.

Поэт утверждает: «Я на лестнице черной живу, и в висок ударяет мне вырванный с мясом звонок». Это заявление соответствует действительности, так как семья Мандельштама действительно снимает каморку под лестницей в бывшем доходном доме на 8 линии Васильевского острова. При этом поэт опасается ареста, отмечая: «И всю ночь напролет ожидаю гостей дорогих».

Петербург-Раздолина
* * *

Раздолина родилась и выросла в Ленинграде-Петербурге. Родному городу она посвятила целый диск с названием «Невской воды глоток», по стихотворению Ахматовой с таким названием.

Следующее вокальное произведение написано на стихи замечательного ленинградского поэта Михаила Алексеевича Дудина (1916-1993), aвторa более 70 книг стихов, Героя Соц. Труда лауреата Государственной премии.

Все с этим городом навек
И песня, и душа,
И черствый хлеб,
И черный снег,
Любовь, тоска.

Все вместе с нами
И для нас
Сплелось, перевилось:
И очерк губ,
Надежда глаз,
И первый шепот в первый раз,
И седина волос.

И первый бой,
И кровь друзей,
И верность до конца —
Она от совести моей
Не отведет лица.

Я душу вынес из огня,
Через кольцо блокад.
Ты песней жизни для меня
Остался, Ленинград!

Что будет — радуюсь тому,
Пою о том, что есть.
Пылать здесь сердцу моему
И разрываться здесь.

Всё с этим городом навек-Раздолина
* * *

Следующее стихотворение Михаила Дудина я вслух не прочту. Застревает комок в горле и дальше не могу. Мне и глазами-то его читать нелегко. Своё вокальное произведение по этому стихотворению Раздолина назвала «Баллада о мальчике».

Баллада о мальчике.
Был год сорок второй.
Меня шатало
От голода,
От горя,
От тоски.
Но шла весна –
Ей было горя мало
До этих бед.

Разбитый на куски,
Как рафинад сырой и ноздреватый,
Под голубой Литейного пролет,
Размеренно раскачивая латы,
Шел по Неве с Дороги жизни лед.

И где-то там,
Невы посередине,
Я увидал с Литейного моста
На медленно качающейся льдине
Отчетливо
Подобие креста.

А льдина подплывала,
За быками
Перед мостом замедлила разбег.
Крестообразно
В стороны руками
Был в эту льдину впаян человек.

Нет, не солдат, убитый под Дубровкой
На окаянном “Невском пятачке”,
А мальчик,
По-мальчишески неловкий,
В ремесленном кургузом пиджачке.

Как он погиб на Ладоге,
Не знаю.
Был пулей сбит или замерз в метель.

…По всем морям,
Подтаявшая с краю,
Плывет его хрустальная постель.

Плывет под блеском всех ночных созвездий,
Как в колыбели,
На седой волне.
…Я видел мир.
Я полземли изъездил,
И время душу раскрывало мне.

Смеялись дети в Лондоне.
Плясали
В Афганистане школьники.
А он
Все плыл и плыл в неведомые дали,
Как тихий стон
Сквозь материнский сон.

Землетрясенья встряхивали суши.
Вулканы притормаживали пыл.
Ревели бомбы.
И немели души.
А он в хрустальной колыбели плыл.

Моей душе покоя больше нету.
Всегда,
Везде,
Во сне и наяву,
Пока я жив,
Я с ним плыву по свету,
Сквозь память человечества плыву.

Поёт Виталий Псарёв.

Баллада о мальчике-Псарёв

Это удивительной силы вокальное произведение – и поэтически и музыкально – заслуживает истинной Международной Премии Мира.
* * *

В ленинградский диск Раздолиной включен и замечательный романс на слова Вадима Шефнера “А в старом парке“. Вадим Сергеевич Шефнер (1914-2002) – широко известный ленинградский поэт и прозаик, внук генерал-лейтенанта Алексея Карловича Шефнера, основателя порта Владивосток, автор 29-ти книг стихов, 31-го сборника прозы, множество орденов и всяких наград.

А в старом парке листья жгут,
Он в сизой дымке весь.
Там листья жгут и счастья ждут,
Как будто счастье есть.

Но счастье выпито до дна
И сожжено дотла, –
А ты, как ночь, была темна,
Как зарево – светла.

Я все дороги обойду,
Где не видать ни зги,
Я буду звать тебя в бреду:
«Вернись – и снова лги.

Вернись, вернись туда, где ждут,
Скажи, что счастье – есть».

А в старом парке листья жгут,
Он в сизой дымке весь…

Острая любовная лирика. Абсолютная, испепеляющая, не требующая ничего взамен, любовь. «Вернись – и снова лги». И великая сила поэзии.

А в старом парке-Раздолина
* * *

Ни страны, ни погоста
не хочу выбирать.
На Васильевский остров
я приду умирать.
Твой фасад темно-синий
я впотьмах не найду.
между выцветших линий
на асфальт упаду.

И душа, неустанно
поспешая во тьму,
промелькнет над мостами
в петроградском дыму,
и апрельская морось,
над затылком снежок,
и услышу я голос:
– До свиданья, дружок.

И увижу две жизни
далеко за рекой,
к равнодушной отчизне
прижимаясь щекой.
– словно девочки-сестры
из непрожитых лет,
выбегая на остров,
машут мальчику вслед.

Знаменитое стихотворение Иосифа Бродского (1940-1996). Злата Раздолина создала очень талантливый романс и чудесно его исполнила:

Ни страны ни погоста-Раздолина
* * *

А теперь несколько вокальных произведений Раздолиной на стихи израильских русскоязычных поэтов:

Новости
Звезда упала за черным домом,
звезда погасла и стала пеплом
на третьей улице, если идти
по воздуху или по крышам.

А я в обход, и фонари идут за мной,
Качаясь в небе, качаясь в небе.
А я в обход, и фонари идут за мной,
Не выпуская меня из круга своих теней…

Я умру – совсем не шутка
Жутко, жутко – я умру
Жизнь короче промежутка
От утра к утру.

Жизнь короче расстоянья
Между, между деревень.
Жутко наше расставанье
В негасимый день.

Автор этого лирического стихотворения – поэт Владимир Добин (1946-2005). Москвич, репатриировавшийся в Израиль в октябре 1992 года. Редактор престижных израильских русскоязычных газет. Его специфика – короткая, но очень содержательная лирика. Например:

Три струны, натянутые между
на ветру согнувшихся стволов:
на одной сыграю песнь надежды,
на другой – любовную и нежную,
а на третьей – песенку без слов.
Я настройщик этих струн, родящих
музыку о радостях земных.
Пусть она звучит во мне почаще.
А мелодий горьких и скорбящих
в этом мире много и чужих.

Новости-Раздолина
* * *

Взберусь на бархан, что похож на верблюда,
Рождением дня влеком,
И солнце сверкнет краем медного блюда,
Начищенного песком.

Откроется мир тишины и покоя,
Загадочен и широк,
Где серым варанам известно такое,
Что людям и невдомек.

Повсюду – минувших столетий приметы
И знаки грядущих дней.
Дано ли узнать по ладони, по этой
И нам о судьбе своей?

Замру я у вечности на пороге,
А мне и другим в ответ,
Покажет пустыня колючку дороги,
Вонзившуюся в рассвет.

Варан – вид ящерицы. В Израиле достигает полтора метра в длину.

Автор стихотворения – Фрэдди Зорин (Бен-Натан) (1949) родился и вырос в Баку. Окончил филологический факультет университета. В Израиле – с 1990 года. Поэт, журналист, юморист, редактор и ведущий популярных программ Израильского радиовещания на русском языке, член Союза русскоязычных писателей Израиля, Лауреат литературной премии “Человек года – 2010” в номинации “За достижения в литературном творчестве”, автор пяти книг, изданных за годы жизни в Израиле. Произведения Ф.Зорина переведены на иврит, идиш, на украинский язык. На его стихи написаны десятки песен, включенных в компакт-диски, выпущенные в Израиле, России и США. Живет в Ашдоде.

Композиторское творчество вокальных произведений Златы Раздолиной включает большое разнообразие оригинальных и интересных мелодических решений, отражающих характер и обстановку текстового содержания. В следующей мелодии и аккомпанементе вы естественно услышите заметно восточный колорит.

Взберусь на бархан-Раздолина
* * *

Следующее стихотворение адресовано к самОй Раздолиной, поющей свой романс о Павловске на слова Ахматовой. Вы его сегодня слышали.

Не замирайте на высокой ноте…
Туда, где плещет невская вода,
Вы не вернётесь.
Павловск не вернёте.
К Вам Павловск не вернётся никогда.

Стряхните грёзы, встаньте утром рано,
и пусть, неприхотливы и просты,
звучат для Вас под небом Авраама
гортанные мелодии пустынь.

Пусть в дальней дали будут неустанно
тянуться ветви к серым небесам,
пусть вечно будет там, как прежде, Анна
прислушиваться чутко к голосам. –

Стряхните грёзы, встаньте утром рано,
и пусть, неприхотливы и просты,
звучат для Вас под небом Авраама
печальные мелодии пустынь.
1991

Автор стихотворения –  Илья Войтовецкий (1936) — поэт и прозаик. В 1971 году репатриировался в Израиль, живёт в Беэр-Шеве. Член Союза писателей и Правления Союза писателей Израиля. Произведения Войтовецкого публиковались в Израиле, России, Украине, США, Германии, во Франции, в Новой Зеландии. С музыкой и в исполнении Раздолиной стихотворение звучит так:

Не замирайте на высокой ноте-Раздолина
* * *

Ностальгия.
Здесь совсем иные песни.
Здесь дожди совсем другие.
Я умру не от болезни,
Я умру от ностальгии.

Я бежал не от России.
Я бежал от мракобесья.
Здесь дожди совсем иные.
Здесь совсем другие песни.

Взгляд молящий в поднебесье:
Призываю сны цветные.
Здесь совсем другие песни,
Здесь дожди совсем иные.

Посреди моих тетрадей
Только пепел да окурки.
Жизнь я прожил в Ленинграде.
Умереть бы в Петербурге.

Виктор Борисович Гин (1939), родом из Гомеля — бывший советский, а ныне израильский поэт и драматург, член Союза профессиональных литераторов России, автор слов многих популярных советских песен, журналист. В частности, автор слов “Поговори со мною, мама”. Песни разных композиторов на его слова пели Э.Хиль, А.Иошпе, Л.Сенчина, В.Толкунова, И.Кобзон, А.Герман, Э.Пьеха, С.Захаров и т.д. В Израиле с 1990 года. Опубликовал четыре поэтических книги. в 2010 году стал лауреатом литературной премии Израиля.

Последнюю строфу Раздолина не включила в романс. И правильно сделала. Напрасные мечты.  Мракобесье всё там же.

Ностальгия-Раздолина
* * *

Самое знаменитое раздолинское вокальное произведение, получившее заслуженное советское и международное признание я поставил в конце.

Вы услышите, какую оригинальную, выразительную и мощную музыку написала Злата Раздолина к великим и могущественным стихам Анны Ахматовой. Напомню, что «Реквием» Раздолиной был выбран Всесоюзной Комиссией по празднованию 100-летия со дня рождения А.Ахматовой и исполнен с огромным успехом в Октябрьском и Колонном Залах Дома Союзов в 1989 году на торжественных юбилейных концертах. Вы услышите запись в исполнении Оркестра и Хора Петербургской телерадиокомпании им. В.П. Соловьёва-Седова под управлением Анатолия Моисеева. Солисты Виталий Псарёв и Нина Шацкая.

Реквием-Псарёв, Шацкая, Хор
* * *

ВСЕМ БОЛЬШОЕ СПАСИБО!

 

Advertisements