Титов

Анатолий Титов и Русский Романс

Анатолий Григорьевич Титов (1938-2008), Заслуженный артист России, выпускник Щепкинского театрального училища, профессиональный актер театра «Ромэн», проработал в театре с 1968 года до последнего дня жизни. Но ещё бo’льшую часть своей творческой жизни, чем актерская игра в театре, Анатолий Титов отдал собиранию, исследованию, восстановлению, пропаганде, интерпретации и исполнению русского романса. Тем самым он внёс очень и очень значительный вклад в возвращение и возрождение ошельмованной и многократно давимой большевистской властью культуры русского романса.

А.Титов находил и давал вторую жизнь старинным романсам, как русским так и цыганским. В его коллекции было около 3500 записей. Многие из них были им восстановлены и записаны на компакт-диски. В своей коллекции А.Титов разделил романсы на десять подвидов: старинный русский романс, городской или бытовой, салонный, жестокий, дворянский, сентиментальный, поэтический, белого движения и эмиграции, цыганский и современный.

А.Титов издал 7 тематических сборников с нотами старинных романсов. В 1991 году он создал и до последнего дня жизни руководил первым в России Клубом старинного романса «Хризантема» при Центральном доме актера им. А.Яблочкиной в Москве. После смерти А.Титова в 2008 году клубу было присвоено его имя. Клуб существует и сейчас и основными творческими задачами Клуба являются: сохранение, изучение истории и развития жанра романса, привлечение к нему внимания как можно большего числа слушателей и исполнителей, а также популяризация жанра среди драматических актёров и возрождение актёрской манеры исполнения романса.

Анатолий Титов был необычайно интересным интерпретатором русского романса. Журнал «Музыка и Время» писал в 2012 году, что в исполнениях романсов Анатолием Титвым были отлично объединены «талант артиста и внутренняя культура человека». Статья в журнале подчеркивала, что Анатолий Титов исполнял романсы «сдержанно, без надрыва, как бы утаивая, а не выплескивая чувства и страсть».

Анатолий Титов был автором и составителем Краткой Антологии Русского Романса в 3 томах, инициатором и ведущим многих телевизионных передач о романсе. Он был также организатором первого в России конкурса-фестиваля «С любовью к романсу» в 1993 году. Он был постоянным членом жюри многих конкурсов исполнителей романса в том числе Международного конкурса исполнителей старинного русского романса имени Изабеллы Юрьевой.

Сам Анатолий Титов спел и записал 124 романса, часть которых я отобрал для вашего сегодняшнего прослушивания. Известный искусствовед и писатель Борис Александрович Савченко – автор многочисленных публикаций и около двух десятков книг о советской и российской эстраде – писал, что исполнение романсов Анатолием Титовым:

«отличается изысканной интерпретацией, душевной проникновенностью и незаурядным гитарным аккомпанементом. … Титов – верный продолжатель старой актёрской манеры исполнения, признанным мастером которой был, к примеру, Михаил Яншин. В этой актёрской манере вокал – не главное, в высоком значении слова, его может и не быть, но гораздо важнее другое: душа исполнителя, нюансировки голоса, его обертоны, паузы и ещё нечто неуловимое и сугубо индивидуальное, но что придаёт неповторимый шарм исполнению.»

Статья на интернете об Анатолии Титове, тоже написанная ещё при его жизни, содержит, в частности, такие строчки:

“Когда Анатолий берет в руки гитару и начинает петь своим бархатным, проникновенным голосом, со всей страстностью цыганской души, ты уносишься в какие-то немыслимые эмоциональные дали и понимаешь, что способен любить, чувствовать, сопереживать так же, как герои его романсов.”

(Я, правда, не совсем согласен, что Титов выражает страстность цыганской души, его манера исполнения несколько иная, я ещё об этом скажу.)

Вот что говорил сам Анатолий Титов о жанре русского романса:

«Романс тем и хорош, что позволяет слушателю открыть что-то очень важное в себе самом, делает его духовно богаче. Поэтому романс никогда не умрет, он нужен людям, даже если они об этом даже пока не догадываются».

Ко дню одного из юбилеев АТ, его друг, журналист, писатель и автор-исполнитель Александр Саханов писал:

«Когда в единое целое сливаются поэзия и музыка, текущие в русле бурного эмоционального потока, появляется личность, своей неординарной единственностью осознающая дарованное ей судьбой предназначение – несение тепла и любви людям. … Его имя Анатолий Титов и он мой друг…»

И несколько дальше:

«Теплится в ночи лампадка – огонек человечности, звучат гитарные переборы русско-цыганской души. И пока ещё с нами остается любовь, рука об руку с ней идет надежда. Этим мы во многом обязаны моему сердечному другу Анатолию Титову.»

И ещё немного для общей характеристики творчества Анатилия Титова. Мирон Петровский, советский и украинский литературовед, писатель и культуролог, автор многих исследований и книг, в том числе книги «Русский романс на рубеже веков» (1997, 2005), написал об А.Титове следующее:

«Анатолий Григорьевич Титов – настоящий артист, и он может спеть все, даже «Хабанеру» из оперы «Кармен». Но он поет романсы, причем довольно своеобразные. Дело в том, что репертуар большинства исполнителей романсов набирается из 60-70 наиболее популярных прозведений. … Но мир романса неизмеримо шире! И в нем есть своя периферия, я бы сказал, «романсовая провинция». И вот Титов поет вещи из этой провинции, для большинства слушателей совершенно новые и неожиданные, но которые отнюдь не были бы таковыми для слушателей, живших 100 лет назад.
Таким образом Анатолий Григорьевич создает не только чрезвычайно ценное эстетическое явление, но и несет культурно-просветительскую функцию, поскольку благодаря его исполнениям происходит круговорот информации. А в этом и есть сущность всякой культурной деятельности – в актуализации забываемых участков культуры. По-моему, так! Одно забывается, приходит серьезный человек, достает из этих глубин нечто призабытое, но ценное, и возвращает нам снова, актуализируя нашу память. Мне в этом видится величайшая ценность романсовой деятельности. Я не пророк и работаю в другой области, но думается, что очень многие люди могут получить от романса свою дозу удовольствия и жизненной радости, чего я им искренне желаю!»

Перед началом прослушивания я сделаю одно замечание от себя. Вы все знакомы с так называемой цыганской манерой исполнения романсов – типа Сличенко, или Эрденко, или Баглаенко, Ляли Черной и других. Вы услышите, что исполнительский стиль потомственного цыгана Анатолия Титова (бабушка которого была известной цыганской певицей, а отец одним из основателей театра «Ромен»), совершенно не похож на известный нам традиционный стиль цыганского исполнительства. У А.Титова свой собственный стиль исполнения в том же смысле, в котором мы отличаем, например, стиль Шульженко, или стиль Утесова, или стиль Юрьевой или стиль Пугачевой и т.д. И ещё вы услышите какой Анатолий Титов замечательный гитарист и превосходный аккомпаниатор. И ещё вы услышите какая у Анатолия Титова превосходная дикция, что не так уж часто у эстрадных исполнителей.

Мы начнем сегодня с романса «Я так тебя люблю». Ни автора слов, ни автора музыки этого романса история не сохранила.

Я так тебя люблю, что кажется порою
В душе не затаить любви горячий стон.
Ведь ты мечта моя и я живу мечтою,
Мечта лучистая как синий небосклон.

Когда в глазах твоих ловлю я миг участья,
Признанья на устах я часто нахожу
Лишь отблеск твоего, и нет другого счастья,
И робко замолчав, я тихо ухожу.

Но дружбу вижу я с оттенком состраданья
Твой равнодушный взор являет мне порой,
Суровый приговор холодного признанья,
Но ты мечта моя и я живу тобой.


* * *

Следующий романс называется «Ты не поверишь». Автор слов Василий Чуевский – прославленный автор слов романса “Гори, гори, моя звезда”, с музыкой Петра Булахова. Но известно о жизни и творчестве Василия Чуевского очень мало, даже нет дат рождения и смерти. Чуевский был автором слов около полутора десятков романсов с музыкой Петра Булахова и Александра Дюбюка, но не публиковал отдельно своих стихов, все они известны только по нотным изданиям. Автор музыки романса «Ты не поверишь» – Петр Булахов (1822-1885), много романсов которого вы уже слышали (Гори, гори…, Не пробуждай воспоминаний, Выхожу один я на дорогу, Колокольчики мои и др.)

Ты не поверишь.
Как счастлив я с тобой бываю,
В твоих глазах я вижу рай.
Глядя на них, я замираю,
Ты улыбаешься как май.

Ты не поверишь, ты не поверишь,
Ты не поверишь как ты мила.

Тебя никто не разгадает,
Ты так причудлива, хитра,
Но тебя всякий обожает,
Ты так любезна, так мила.

Ты не поверишь, ты не поверишь,
Ты не поверишь как ты мила.

То без речей, то говорлива,
То вдруг грустна, то любишь ложь,
То безнадежна, то прихотлива,
То гонишь всех, то вновь зовешь.

Ты не поверишь, ты не поверишь,
Ты не поверишь как ты мила.

То ночь не спишь, то день зеваешь,
То сплин найдет, то всех смешишь,
То смерти ждешь, то вдаль мечтаешь,
То в монастырь, то в вальс летишь.

Ты не поверишь, ты не поверишь,
Ты не поверишь как ты мила.


* * *

Наш следующий романс и содержательно и мелодически относится, пожалуй, к лучшим образцам жанра русского романса. Называется он «Но я знаю, ты любишь другого». Автор слов – Иван Мятлев (1796-1844), богатый помещик, сын сенатора. Был известен в литературных и великосветских кругах как острослов, стихотворец-любитель. Издал два сборника стихов. Неизвестно были ли в этих сборниках и тексты романсов, но известно, что на слова И.Мятлева было создано по меньшей мере 11 романсов, в том числе Глинкой, Варламовым, Зубовым и другими известными композиторами. Наиболее знаменитое стихотворение И.Мятлева «Как хороши, как свежи были розы». О композиторе романса, который вы сейчас услышите, Сергее Чарском, сведений никаких не сохранилось.

Но я знаю, ты любишь другого.
Я увидел тебя и, увидев, постиг
Всё, что есть в этом мире святого.
Я сказал бы тебе, что люблю каждый миг,
Но я знаю, ты любишь другого.

Глядя в очи твои, внемля песне твоей,
Я шепнул бы заветное слово,
Но я знаю, что ты мне ответишь: «Забудь!» –
Потому что ты любишь другого.

Я бы грезил тобой и не спал бы ночей
И, от пения пьян хорового,
Не сводил бы с тебя я влюблённых очей,
Но я знаю, ты любишь другого.

Глядя в очи твои, внемля песне твоей,
Я шепнул бы заветное слово,
Но я знаю, что ты мне ответишь: «Забудь!» –
Потому что ты любишь другого.


* * *

Следующий романс тоже очень чудный, один из моих любимых. Называется он «Не зажигай огня». Автор слов Даниил Ратгауз (1868-1937), он у нас с вами уже бывал и не раз. На его стихи 6 романсов написал Чайковский, на его стихи писали также романсы Рахманинов, Кюи, Глиэр и другие. Известно по меньшей мере 28 романсов на стихи Ратгауза. Он выпустил несколько книг стихов, не очень тепло встреченных критикой, но Лев Толстой неоднократно заявлял, что ценит стихи Ратгауза выше стихов других современных поэтов. Умер Даниил Ратгауз в Праге, уехав из Советского Союза в 1921 году.

Музыку романса «Не зажигай огня» написал Антон Аренский (1861-1906), профессор Московской консерватории, учитель Рахманинова, Глиэра и др. В прошлый раз у нас был романс Аренскоого и я вам прочел отрывок из биографической книги его учителя Н.А.Римского-Корсакова о том, что А.Аренский был картежник и пьяница, но музыкальные его успехи были значительны.

Цитата из другого источника:
«Сочинения Аренского отличаются искренностью, простотой выражения, мастерством, изяществом и тонкостью фактуры, лучшие из них принадлежат к области камерной вокальной и инструментальной музыки.»

Антон Аренский создал около 30-ти романсов.

Не зажигай огня, во мгле душистой ночи
Отрадно мне с тобой сидеть наедине,
Взгляни, как звезды нам, небес далеких очи,
Привет свой теплый шлют, мерцая в вышине.

Не зажигай огня, со светом к нам нахлынет
Знакомая тоска бесцельной суеты,
Исчезнет светлый сон и счастье нас покинет…
Не зажигай огня, не отгоняй мечты!..


* * *

Автор слов нашего следующего, современного и очень интересного романса Борис Пастернак (1890-1960). Стихотворение Пастернака называется «Свидание», а романс назван по первой строчке «Засыплет снег дороги». Это любовная и несколько философская лирика.

Засыплет снег дороги,
Завалит скаты крыш.
Пойду размять я ноги,—
За дверью ты стоишь.

Стоишь в пальто осеннем,
Без шляпы, без калош.
Ты борёшься с волненьем
И мокрый снег жуешь.

Деревья и ограды
Уходят вдаль, во мглу,
Одна средь снегопада
Стоишь ты на углу.

Течет вода с косынки
По рукавам в обшлаг,
И каплями росинки
Сверкают в волосах.

И прядью белокурой
Озарены: лицо,
Косынка, и фигурка,
И это пальтецо.

Снег на ресницах влажен,
В твоих глазах тоска,
И весь твой облик слажен
Из одного куска.

Как будто бы железом,
Обмакнутым в сурьму,
Тебя вели нарезом
По сердцу моему,

И в нем навек засело
Смиренье этих черт,
И оттого нет дела,
Что свет жестокосерд.

И потому двоится
Вся эта ночь в снегу,
И провести границу
Меж нас я не могу.

Но кто мы и откуда,
Когда от всех тех лет
Остались пересуды,
А нас на свете нет?

Музыку к этому стихотворению написал Анатолий Аграновский (1922-1984), очень известный советский журналист, публицист, писатель, прозаик, кинодраматург, певец и немного композитор. В 1970-е годы Аграновского называли «журналистом номер один». Многие публицисты периода перестройки называли себя его учениками. В течение жизни он издал более 20 книг. Писал песни и романсы на стихи российских поэтов: Дм. Кедрина, А. Межирова, А. Тарковского и других.


* * *

Наш следующий романс любовно-развлекательно-интригующий. Текст его существует в двух вариантах: для мужского исполнения и для женского исполнения. Автор текста Татьяна Львовна Щепкина-Куперник (1874-1952), о которой я вам немного рассказывал в прошлый раз, когда у нас был романс «В осенний грустный день» на её стихи.

В конце 1890-х и начале 1900-х годов Татьяна Щепкина-Куперник написала несколько десятков стихотворных текстов в куплетной форме романса или песни. Значительную популярность получил сентиментальный романс «Ах, я влюблён в глаза одни», который был перепет едва ли не всеми певцами романсового жанра в и сохранился в репертуаре эстрадных артистов в течение более ста лет (до сегодняшних дней). Текст романса был написан в 1901 году. А в 1905 году молодой украинский композитор Николай Николаевич Вилинский (1888-1956) положил текст Щепкиной-Куперник на музыку. Впоследствии Николай Вилинский стал известным украинским советским композитором и педагогом, заслуженным деятелем искусств Украины.

Меня несколько удивил необычный комментарий к тексту этого романса на интернете, комментарий, который я не очень понимаю:

«Это произведение находится в общественном достоянии в России и в США согласно совместному эффекту статьи 1256 Гражданского кодекса Российской Федерации и законодательства США, поскольку оно было опубликовано (или обнародовано) до 7 ноября 1917 года (по новому стилю) на территории Российской империи.»

Ах, я влюблён в глаза одни,
Я увлекаюсь их игрою…
Как дивно хороши они,
Но чьи они, я не открою.

Едва в тени густых ресниц
Блеснут опасными лучами,
И я упасть готов уж ниц
Перед волшебными очами.

В моей душе растёт гроза,
Растёт тоскуя и ликуя.
Да, я влюблён в одни глаза,
Но чьи они, не назову я…


* * *

В марте 2011 года (как быстро время идет!) у нас с вами была концерт-беседа, посвященная романсовому творчеству Петра Ильича Чайковского (1840-1893).
Среди прочих романсов тогда у нас был восторженный любовный романс «День ли царит» на слова Алексея Николаевича Апухтина (1840-1893). Апухтин учился вместе с Чайковским в училище правоведения, и после окончания училища они долго поддерживали тесные дружеские отношения.

Апухтина считали последователем “светского” стиля поэзии, ведущего свое происхождение от литературы эпохи Пушкина. По мироощущению Алексей Апухтин был близок М. Ю. Лермонтову. Известно, что он был весьма мнителен, легко раним, вместе с тем имел репутацию шутника, остроумного и блестящего импровизатора. Его монологи в стихах, романсы, альбомные посвящения, пародии, эпиграммы и экспромты входили в репертуар модных чтецов-декламаторов. Поэзия Апухтина отличалась простотой поэтического языка, разговорными интонациями. Многие стихи Апухтина положены на музыку. Чайковский написал на его слова пять романсов.

День ли царит, тишина ли ночная,
В снах ли тревожных, в житейской борьбе,
Всюду, везде, мою жизнь наполняя,
Дума все та же, одна, роковая,-
Все о тебе! Всё для тебя!

С нею не страшен мне призрак былого,
Сердце воспрянуло, снова любя…
Вера, мечта, вдохновенное слово,
Все, что в душе дорогого, святого,-
Все о тебе! Всё для тебя!

Будут ли дни мои ясны, унылы,
Скоро ли сгину я, жизнь загубя,-
Знаю одно: что до самой могилы
Помыслы, чувства, и песни, и силы,-
Все о тебе! Всё для тебя!

Если вы помните (шучу, шучу!), в концерт-беседе 2011 года этот романс для вас исполняла Зара Долуханова. Сегдня его поёт Анатолий Титов. Исполнения очень разные. Это не значит, что одно лучше, другое хуже. Исполнительское творчество потому и творчество.


* * *

А теперь мы переходим к одному из самых-самых очаровательных русских романсов на слова Афанасия Фета (1820-1892) с музыкой Татьяны Толстой (1860-1918) «Я тебе ничего не скажу». Как вы все безусловно помните :-), в марте 2012 года у нас была концерт-беседа о романсах на слова Афанасия Фета, и вы слушали этот романс в исполнении Бориса Гмыри. Возможно вы и помните, что вслед за Гмырей я предложил вам тогда послушать и исполнение Анатолия Титова просто для сопоставления разных исполнительских интерпретаций. Сегодня вы сможете вникнуть в исполнение А.Титова ещё раз.

Напомню только, что графиня Татьяна Константиновна Толстая, по первому мужу Котляревская – русский композитор и поэтесса, автор и исполнительница множества популярных романсов. Ей, например, принадлежат и слова и музыка популярного романса «О, позабудь былые увлеченья». В годы первой Мировой войны Татьяна Толстая была на фронте в качестве медсестры, где пересекалась с Александром Вертинским, около 1918 года была расстреляна большевиками.

Я тебе ничего не скажу,
И тебя не встревожу ничуть,
И о том, что я молча твержу,
Не решусь ни за что намекнуть.

Целый день спят ночные цветы,
Но лишь солнце за рощу зайдёт,
Раскрываются тихо листы
И я слышу, как сердце цветёт.

И в больную, усталую грудь
Веет влагой ночной… я дрожу,
Я тебя не встревожу ничуть,
Я тебе ничего не скажу.


* * *

Слова следующего романса написал талантливый российский поэт 19-века, он же литературный и театральный критик, переводчик и мемуарист – Аполлон Григорьев (1822-1864). На слова А.Григорьева было создано около десятка романсов, в том числе один из самых знаменитых романсов «Две гитары». Романс, который вы сейчас услышите, называется «Нет, за тебя молиться я не мог». По мнению биографов в основе стихотворения лежит неразделенная любовь поэта к его «крестной сестре» Лизе.

Музыку романса написал Виктор Пасхалов (1841-1885), автор около 60 романсов, далеко не все они дошли до нашего времени. Музыковеды отмечали определённое воздействие камерно-вокальной лирики Пасхалова даже на творчество Чайковского и Мусоргского. Один из современников, присутствовавший на концертах, где В.Пасхалов аккомпанировал себе и пел свои романсы, в воспоминаниях писал:

«Последние годы жизни Пасхалов провел в Казани, давая частные уроки и участвуя в домашних концертах… Пасхалов играл чудно, играл, увлекаясь и забывая тоску, которая грызла его больное сердце. Странным, выразительным шепотом он пел свои романсы, аккомпанируя до художественной тонкости. Слушатели проводили с музыкантом целые ночи до самого утра, нервное напряжение, вызываемое его вдохновенной музыкой, заставляло некоторых дам падать в обморок, мужчин плакать. Такие концерты назывались в Казани „пасхаловскими ночами“…»

Нет, за тебя молиться я не мог,
Держа венец над головой твоею.
Страдал ли я, иль просто изнемог,
Тебе теперь сказать я не умею, –
Но за тебя молиться я не мог.

И помню я – чела убор венчальный
Измять венцом мне было жаль: к тебе
Так шли цветы… Усталый и печальный,
Я позабыл в то время о мольбе
И все берег чела убор венчальный.

За что цветов тогда мне было жаль –
Бог ведает: за то ль, что без расцвета
Им суждено погибнуть, за тебя ль –
Не знаю я… в прошедшем нет ответа…
А мне цветов глубоко было жаль…


* * *

Следующий наш сегодняшний романс имеет очень типичное для многих старинных романсов название «Я всё ещё безмолвно Вас люблю». Любопытно, что и слова и музыка романса написаны нашим с вами современником с творческим псевдонимом Александр Вэс, который взял себе поэт, режиссёр, актёр, писатель, драматург и автор-исполнитель Виноградов Эдуард Сергеевич (1936).

Я всё ещё безмолвно Вас люблю,
Года идут, а чувства не слабеют.
Я как и прежде Вас боготворю,
И до сих пор, встречая Вас, немею.

Я Вас люблю и тем вполне доволен,
Что нелюбим нисколько не скорблю.
Бывает боль, но той волшебной боли
Приятней нет, я счастлив, что люблю.

Вы любите, за Вас я очень рад,
Храни Вас Бог, я Вам мешать не смею.
Мне всё сказал его влюблённый взгляд
Семь лет назад в том памятном апреле.

Я Вас люблю как чудо, как виденье,
И каждый миг увидеть Вас стремлюсь.
Я стать хотел бы даже вашей тенью,
Но право же наскучить Вам боюсь.


* * *

Романс «Игра любви» очень интересен по содержанию и мелодически тоже замечателен. Автор слов – плодотворный Борис Тимофеев (1899-1963), издал более 15 книг, занимался поэтическими переводами с грузинского и других языков. Является автором стихов к популярным романсам и песням, на наших с вами встречах он бывал многократно.

Автор музыки – Борис Прозоровский (1891-1937), погибший в сталинских лагерях, о нём я много рассказывал и в специальной посвященной его творчеству концерт-беседе (это был июнь 2010 года) и в других наших встречах. Он автор замечательной музыки нескольких десятков романсов (Прощай, мой табор; Плачет рояль; Вернись, я всё прощу; Караван и многих, многих других).

У этого романса есть другое название «Мы оба лжём», вы услышите эти слова в рефрене. Они оба лгут, но не потому что они плохие люди, а совсем по другой причине.

Игра любви
Как прежде, нежностью полны часы свиданий,
И видимся с тобой мы каждый день.
Но это лишь мираж былых воспоминаний,
Любви угасшей медленная тень.

Пускай любовь прошла, промчалась без возврата,
Пусть брошены измятые цветы,
Но в мёртвых лепестках так много аромата,
Так много в них последней красоты.

Мы оба лжём, и оба это знаем,
Какая странная и жуткая игра,
Ведь мы давно так ясно понимаем,
Что кончить прошлое пора!

И всё же нас страшит угрюмый час разлуки,
Как страшно вдруг навеки потерять
Знакомый голос твой, и ласковые руки,
И пепельных волос родную прядь.

Мы оба лжём, и оба это знаем,
Какая странная и жуткая игра,
Ведь мы давно так ясно понимаем,
Что кончить прошлое пора!


* * *

Наше следующее прослушивание это романс-воспоминание и романс-упрек, тоже довольно частая тема в любви и в романсах. Называется он «Вспомни тихий запущенный сад». Сад – очень частая обстановка в романсах и во встречах влюблённых. (Вы помните, вы всё, конечно, помните 🙂 :«Отвори потихоньку калитку и войди в тихий сад ты как тень».

Автор слов – популярный романсовый и песенный поэт Павел Герман (1894-1952). «Только раз бывает в жизни встреча» это Павел Герман. Автор музыки – Самуил Покрасс (1897-1939), старший из братьев, уехавший из СССР в 1924 году и успешно создававший в Америке музыку для фильмов (в т.ч. «Три мушкетера»).

Вспомни тихий запущенный сад,
Молчаливые стройные ели,
Ночь, душистых цветов аромат
И безумные речи без цели.

Неужель ты былое смогла заглушить
Рассужденьем, пустыми словами,
Неужель ты способна была позабыть
Все, что было пережито нами.

Нашу жизнь без забот труда,
Жизнь, не знавшую гнева, проклятья.
Эти знойные ласки тогда,
Поцелуи твои и объятья.

Неужель ты былое смогла заглушить…

И тоскующий сумрачный день,
День последнего, Боже, свиданья.
Неотступный твой взгляд, словно тень,
И загадочный жест на прощанье.

Неужель ты былое смогла заглушить…


* * *

А вот романс, в создании которого есть неясности. У Виктора Гусева (1909-1944), русского советского поэта, драматурга и переводчика, автора слов песни «Полюшко-поле», есть пьеса в стихах «Слава» написанная в 1935 году. В последней картине один из персонажей пьесы сначала произносит:

Я видел на сцене немало видов,
Нету прекрасней пути моего,
Я слышал: о старости пел Давыдов,
И лучше не слышал я ничего.

А после этого он поёт романс о старости, который вы услышите в исполнении Анатолия Титова. Неясно, кто автор музыки и поёт ли Титов романс именно на ту музыку, что в пьесе, или на другую.

Текст романса нам с вами не только понятен, но думаю даже и приятен.

Ведь я старик седой
Как день хорош! Как солнца луч приятен!
Река, и смех, и парус над рекой.
Но не зови меня, мой молодой приятель,
Оставь меня, ведь я старик седой.

И мне уже не встать друзьям навстречу,
Мне не тряхнуть кудрявой головой.
Поближе к камельку, – ведь наступает вечер,
Побольше бы тепла, – ведь я старик седой.

Но вы, друзья, мне сердце обогрели.
В него ворвался ветер молодой.
Ведь я стоял у вашей колыбели.
Я сердцем ваш, хоть я старик седой.

Так что ж, друзья! За жизнь и за свободу,
За шум полей, и парус над водой!
Мой друг, возьми меня, возьми с собой в дорогу,
И не смотри, что я старик седой!


* * *

Следующий романс шуточный. Называется он кратко «Баллада о герцоге», а полное назавание соответствующего стихотворения – «Баллада о застенчивом герцоге и не менее застенчивой Сантуцце». (Сантуцца здесь женское имя). Автор слов – поэт и драматург Николай Агнивцев (1888-1932), его иногда называли «самый легкомысленный литератор Серебряного века».

Цитата:
«Колоритная фигура Агнивцева – длинноволосого, длинноносого, долговязого, в бархатной блузе с “артистическим” бантом вместо галстука, в широченных клетчатых штанах, всегда прожженных папиросой, с массивной цепью браслета и удивительной тростью, украшенной металлическими пластинками с монограммами друзей, – была хорошо знакома питерской богеме. … Расцвет его творчества связан с работой для театров-кабаре, выступлениями в литературных кафе и артистических ресторанах. … Множество текстов Н. Агнивцева получили музыкальное воплощение благодаря интересу к ним А. Вертинского, Д. Кабалевского, С. Прокофьева, И. Дунаевского и других… Основной жанр лирики Агнивцева – легкомысленные куплеты, салонные баллады-пародии, стихотворные миниатюры с иронически-эротическими сюжетами.»

Музыку этого шуточного романса написал Фердинанд Эккерт (1865-1941), валторнист, композитор, дирижер и педагог. Автор 3х опер, 2х балетов, 10ти оперетт (некоторые были поставлены в Московском театре опереттты), свыше 100 пьес для эстрадного оркестра и многого другого.

Баллада о герцоге
Придя к Сантуцце, юный герцог,
По приказанью дамы сердца,
Был прямо в спальню проведен.
Пусть ваши очи разомкнуться!
Ведь в спальне не было Сантуцци,
И не нарушен был бонтон.

Но через миг за дверью спальни
Раздался голос, моментально
Приведший герцога к нулю:
– Ах, милый герцог, я из ванны
Иду в костюме монны Ванны
И отвернуться вас молю!..

Покорный воле этикета,
Исполнил герцог просьбу эту
И слушал лишь из уголка
Весьма застенчиво и скромно
Как шелестели с дрожью томной
Любовь дразнящие шелка.

Но просидев минут пятнадцать,
Боясь от страсти разорваться,
Он, наконец, воскликнул так:
– Когда же, о Мадам Сантуцца,
Мне можно будет повернуться?!
И был ответ ему: – Дурак!!!


* * *

Слова следующего романса принадлежат другому знаменитому поэту Серебряного века, с творениями которого мы уже встречались – Игорю Северянину (1877-1941). Игорь Северянин в своё время был очень популярен и критики отмечали “доходчивую музыкальность его стихотворений”. В одной из предыдущих наших концерт-бесед я упоминал, что 27 февраля 1918 года в Большой аудитории московского Политехнического музея прошёл «поэзовечер», на котором состоялось «Избрание Короля поэтов». Венком и мантией «Короля поэтов» публика увенчала Игоря Северянина.

Цитата:
«Для его лирики характерна смелая для тогдашнего вкуса (до грани пародийности) эстетизация образов салона, современного города, … игра в романтический индивидуализм и «эгоизм», условные романтически-сказочные образы.»

Я хорошо помню, что имя Игоря Северянина упоминалось в школьном курсе литературы для иллюстрации того неописуемого ужаса, до которого докатилась дореволюционная русская поэзия начала 20-го века. (Это подтверждало необходимость большевистского переворота и торжество социалистического реализма.)

Пришли другие времена, и теперь литературные критики на сайте, посвященном поэзии Игоря Северянина, пишут: “… нам сложно скрыть восхищение его талантом. Поэтому каждая страница сайта пронизана тем трепетом и любовью, которыми так щедро делился со своими читателями сам поэт.”

Игорь Северянин оставил интересное творческое наследие, воплотившееся в том числе и в романсах. Он был оригинал, занимался словотворчеством, любил многочисленные высокопарные и вычурные прилагательные и наречия (вы это услышите), так что этом смысле и в том как его интерпретирует Анатолий Титов, романс имеет характер даже несколько иронический.

Автор музыки романса, который мы услышим, неизвестен. Романс называется по первой строчке «Был закат померанцевый».

Был закат померанцевый,
Гаснул день бледнопалевый.
Мы сидели в гостинной вдвоём.
И Ваш профиль задумчивый,
Такой нежно-вуалевый,
Рисовался лиловым огнём.

В вашем сердце фарфоровом,
Таком хрупком и маленьком,
Затаилась большая печаль.
Вы дрожите, Вам холодно
В Вашем платье муаровом,
Я наброшу на плечи Вам шаль.

Расскажу я Вам сказку
О китайском болванчике,
Что кивает головкой в тиши,
Притаившись на маленьком
Колченогом диванчике,
Он Вас так понимает, Лили.

А Вы с гордой улыбкой
Погрозите мне пальчиком,
Резко сбросите алую шаль.
И, смеясь, расцелуете
Губы бледного мальчика.
Он Вас любит и Вам его жаль.

Он Вас любит так искренно,
Он Вас любит изысканно,
Тайну сердца в груди затая.
Но ему Вы напомните
О китайском болванчике,
Что кивает головкой, грустя.

Был закат померанцевый,
Гаснул день бледнопалевый.


* * *

А вот интересное сочетание Михаила Лермонтова (1814-1841) с Оскаром Строком (1893-1975). Очень короткий романс «Без Вас хочу сказать», завершающийся строчками, ставшими крылатой фразой. Стихотворение посвящено Александре Осиповне Смирновой (1809-1882), женщине вполне достойной.

Википедия о ней пишет:
«Фрейлина русского императорского двора, знакомая, друг и собеседник А. С. Пушкина, В. А. Жуковского, Н. В. Гоголя, М. Ю. Лермонтова. Ей приписываются откровенные, подчас язвительные и не всегда достоверные воспоминания о жизни русского общества первой половины XIX века.»

И ещё о ней есть такие слова:
«Незаурядная, много и серьёзно читающая, хорошо знающая русский язык, и в то же время молодая красавица, остроумная и простая в общении, привлекала талантливых и известных людей.»

В салоне Карамзиных Александра Осиповна познакомилась с М. Ю. Лермонтовым. В неоконченной повести «Лугин» Лермонтов вывел персонаж, который отождествляют со Смирновой: «Она была среднего роста, стройна, медленна и ленива в своих движениях; чёрные, длинные, чудесные волосы, оттеняли её молодое и правильное, но бледное лицо, и на этом лице сияла печать мысли.»

В этом коротком романсе, как и всюду в исполнениях А.Титова, очень существенны его интонации.

А. О. Смирновой
В простосердечии невежды
Короче знать вас я желал,
Но эти сладкие надежды
Теперь я вовсе потерял.

Без вас хочу сказать вам много,
При вас я слушать вас хочу;
Но молча вы глядите строго,
И я в смущении молчу.

Что ж делать?.. Речью неискусной
Занять ваш ум мне не дано…
Всё это было бы смешно,
Когда бы не было так грустно…


* * *

Слова следующего несколько пессимистического, хотя и философски очень верного романса “Ты поила коня” принадлежат Сергею Есенину (1895-1925). А музыка этого романса о бренности жизни создана замечательнейшим пропагандистом и проникновенным исполнителем романсов Валерием Агафоновым (1941-1984) Предполагается, что Агафонов воспользовался ранее созданным вариантом Евгения Вильбушевича.

Ты поила коня из горстей в поводу,
Отражаясь, березы ломались в пруду.
Я смотрел из окошка на синий платок,
Кудри черные змейно трепал ветерок.

Мне хотелось в мерцании пенистых струй
С алых губ твоих с болью сорвать поцелуй,
Но с лукавой улыбкой, брызнув на меня,
Унеслася ты вскачь, удилами звеня.

В пряже солнечных дней время выткало нить.
Мимо окон тебя понесли хоронить.
И под плач панихид, под кадильный канон,
Все мне чудился тихий раскованный звон.
1910


* * *

Романс «Пять алых роз» был у нас с вами совсем недавно, в мае этого года. Он даже дал название второй части концерт-беседы «Романсы и цветы». Автор стихотворения В.Чулисов, о котором ничего неизвестно. Автор музыки Вл. Штамм, о котором тоже ничего не известно. Это романс из категории «жестоких» романсов. Он об ушедшей любви. Односторонне ушедшей. Основная идея повторяется в рефрене «Ты нынче так торопишься к другому, что шаль свою забыла у меня».

Этот романс вы слышали в мае в отличном исполнении Виктора Федорова-Вишнякова и возможно ещё помните. А сегодня услышите интерпретацию Анатолия Титова. Вариант слов у Титова немножко иной.

Пять алых роз
Ты говоришь “Пора, уж вечер ночь целует.”
За часом час бежит свершая круг минут,
И молча про себя таишь усмешку злую,
Но как глаза твои, глаза и губы лгут!
И в зеркале моём дрожит твой профиль строгий,
Дрожит твоя рука и нервно рвёт вуаль,
Так кончилась любовь, прощай, и на пороге,
Как верный часовой стоит моя печаль.
Ты нынче так торопишься к другому,
Что шаль свою забыла у меня,
Пять алых роз по краю золотому,
Пять мертвых роз погибшего огня.
Но цвет любимых глаз и нежные ладони
Я помню словно сон о грёзе золотой.
И первый твой приход, как песнь в мажорном тоне,
Как полевой цветок нарядный и простой.
Ты нынче так торопишься к другому,
Что шаль свою забыла у меня,
Пять алых роз по краю золотому,
Пять мертвых роз погибшего огня.


* * *
Наш следующий романс содержит всего две строфы (говоря песенным языком, два куплета), но в них вместилось довольно много. Он тоже об ушедшей любви. О благодарности за ту, хотя и ушедшую, любовь. Он и называется «Благодарю тебя». Слова романса написаны Е.Минеевой, о которой известно только, что она написала слова ещё одного романса «Почему я тебя так безумно люблю». Музыка принадлежит Д.Николаеву, о котором известно только, что кроме композиторства он составил руководство для игры на гитаре.

Благодарю тебя за счастье прежних дней,
За ласку жгучую, за сладость поцелуя,
За песни дивные, за взгляд твоих очей, –
За все, за все тебя благодарю я.

Вернуть былого дни надеждой я живу,
И пламенно любя, и горестно тоскуя,
С тобою каждый миг блаженством я зову
И за него тебя благодарю я.


* * *

Наша прошлая концерт-беседа называлась «Осенние листья». И, как всегда, я подготовил к ней больше романсов, чем смог вместить в ограниченное время. А поскольку один из “невместившихся” романсов об осени исполняет Анатолий Титов, то я решил включить его сегодня. Называется он «Листья пожелтевшие». Автор слов предположительно, но неточно, бард Юрий Грач, о котором ничтожно мало сведений. Авторство музыки выяснить мне не удалось. Поэзия вполне неплоха, основные мотивы практически те же, что и были у нас в концерт-беседе «Осенние листья»: осень, любовь и печаль.

Листья пожелтевшие поблекшие
Падают кружатся за окном.
Мы с тобой любимая, родная
Утопаем в золоте земном.

Я люблю глаза твои печальные
В них порой застывшую слезу.
С листьев капель падает хрустальная
На листву лежащую внизу.

Листья, листья сорванные ветром
Мокрые и улетающие вдаль.
Листья, вы с прощальным приветом
Унесите мою печаль.

А печаль глухая полуночница
Грустью заполняет в час ночной.
Ведь мне, дорогая, жить так хочется
Потому, что рядом ты со мной.

Все что я носил и перенашивал
Все делил любимая с тобой.
Листья, ваша жизнь так схожа с нашею
В воздухе повисшею судьбой.

Листья, листья сорванные ветром
Мокрые и улетающие вдаль.
Листья, вы с прощальным приветом
Унесите мою печаль.


* * *

ВСЕМ БОЛЬШОЕ СПАСИБО!

 

Advertisements